E.  П.  Бартенева                                              

 

                                      Ирина     Алферова

 

Зрители любят красивых актеров и хотят видеть их на экране. Более того, они даже требуют этого. «Советская культура» в одной из своих публикаций привела вот такие зрительские высказывания: «На экране должны быть герои и героини, которыми можно увлечься!» «Мы давно ждем красивых мужчин и женщин в нашем кино. Да, кино - это прежде всего зрелище, и, как минимум, оно должно быть красивым и увлекательным...» И вот еще зрительское наблюдение, не лишенное оснований: «Если даже актер или актриса красивы, то это у нас пытаются (и попытка удается!) любыми путями скрыть... Чаще всего в наших художественных фильмах внешне красивые актеры выступают в отрицательных ролях. Режиссеры глубоко убеждены, что раз красивый, значит, должен изображать негодяя...»

Казалось бы, спрос рождает предложения. Но в нашем сегодняшнем кинематографе этой обрат­ной связи почему-то не происходит. Спрос есть, а с предложениями кинодраматургия и режиссура что-то не торопятся. Хотя приверженность яркому, красивому актеру была одной из характерных черт советского кино 30-40-х годов. Любовь Орлова, Тамара Макарова, Марина Ладынина, Валентина Серова, Людмила Целиковская, Сергей Столяров, Евгений Самойлов, Иван Переверзев, Николай Бо­голюбов...

Бесспорно, красота и заразительность этих акте­ров были не самоцелью, они выражали стихию времени - бодрость, оптимизм, уверенность в се­бе, которые определяли нравственную атмосферу тех лет. Кто-то из критиков очень точно заметил, что сюжеты фильмов, в которых снималась Лю­бовь Орлова, - всегда история торжества, что ее героини всегда победоносны. Эта победоносность была заложена в самой драматургии и определя­лась временем, когда были рекорды Стаханова и Паши Ангелиной, Марины Расковой и Валерия Чка­лова, когда советский народ, победивший в страш­нейшей из войн, возвратился к мирной жизни и трудовой энтузиазм наших людей был равен их военному подвигу.

Актеры, создававшие таких героев, не могли не быть сильными, смелыми, вызывавшими любовь и восхищение зрителей. И сценарии тогда писались чаще всего в расчете на определенного актера, с учетом его индивидуальности, его актерских воз­можностей. Бесспорно, кинематограф тех лет больше тяготел к плакатности (в хорошем смысле этого слова), ясности, открытости, нежели к психо­логизму и душевной усложненности. Таким было время, такими были люди и такими их выразило и оставило в нашей памяти кино 30-40-х годов.

Но пришли иные времена и, следовательно, иные песни. Произошла переориентация и в кинемато­графе. Появилась другая эстетика. Потребовались другие герои и, естественно, другие актеры. Стал моден человек из толпы. Появился герой - «такой, как все», и появились актеры, похожие друг на друга, - «такие, как все». Современный зритель запутался в актерских именах, фамилиях, в героях, ничем не отличающихся друг от друга. Милые блондинки и блондины обворожительно улыбались с экрана, а через месяц они забывались. Как за­метил критик, кинематограф теперь потребовал не популярных имен, а незабываемых ролей. Но в этой тяге к незабываемым ролям экран как-то незаметно утратил интерес к незабываемым актерам. А жаль! Ведь зрительская тяга к красивому актеру осталась, и, чтобы удовлетворить ее, он (зритель) часто обращает свой взор к западному экрану, где актерская красота культивируется и выпускается на экран «массовым тиражом».

Правомерно задать вопрос: неужели в российском кино нет своих красивых, обаятельных, незабывае­мых актеров? Есть, конечно. Но какова их судьба в сегодняшнем кинематографе? Попытаемся проследить одну из них.

Ирина Алферова - одна из самых красивых наших молодых актрис. На первый взгляд ее актер­ская биография сложилась спокойно и удачливо.

Студенткой-дипломницей актерского факультета ГИТИСа она была приглашена на роль Даши в мно­госерийную телевизионную сагу «Хождение по мукам» и буквально на следующий день после премьеры «проснулась знаменитой». Потом съемки в других фильмах, игра на сцене одного из инте­реснейших театров Москвы - имени Ленинского комсомола. Так что внешне все складывается очень благополучно. В чем же тогда парадоксальность этой совсем непростой инелегкой актерской судьбы?

  После своего громкого дебюта Алферова сня­лась почти в двадцати фильмах. Но, к сожалению, ни одна из этих сыгранных ролей по своей драма­тургии, сложности и масштабности (вернее, по от­сутствию оного) не могла даже приблизиться к об­разу Даши. Думаю, что даже самые искренние поклонники актрисы не в состоянии назвать хотя бы одну роль из двух десятков фильмов, которая за­держалась бы в памяти. Однако Ирина Алферова постоянно все эти годы (а со времени «Хождения по мукам» прошло уже почти десять лет) входит в десятку самых популярных советских киноакте­ров, ее фамилия наиболее часто упоминается в зри­тельской почте, у нее сотни предложений со всех городов страны с просьбой приехать, выступить, предложения сняться за рубежом. Такой стойкий, искренний интерес зрителей действительно пара­доксален, но отнюдь не случаен: образ тоненькой, пленительно-женственной Даши из «Хождения по мукам» навсегда остался идеалом романтической мечты, женской привлекательности, одухотворен­ности, так удачно запечатленных в юной героине Алферовой. Таким образом в зрительском восприя­тии возник определенный еще и нравственный идеал. Именно этот идеал является основой и перво­причиной популярности этой актрисы.

Людям свойственно стремиться к идеалу, искать его в повседневной жизни, в литературе, в кино: идеал мужества, чистоты, красоты.

Ирина Алферова первой же своей ролью при­несла в кино вечную тему женской верности. Роль стала своеобразным камертоном для всех ее по­следующих работ, а для зрителей актриса стала воплощением женственности, душевной стойкости.

Даша Булавина... Один из самых пленительных женских образов в советской литературе. Сыграть ее в многосерийной телевизионной версии одно­именного романа Алексея Толстого — не просто удача, а судьба, которая может стать и роком, и мукой, определить творческую биографию раз и навсегда. И успех в такой роли равно блистателен и мучителен для молодой исполнительницы. Такую судьбу - от ошеломляющего признания до не­стерпимых творческих терзаний - испытала Ирина Алферова в полной мере.

Конечно, роль сыграна начинающей актрисой неровно, и это естественно. Вчерашняя студентка ГИТИСа впервые стояла перед камерой, на практике овладевая кинематографической спецификой. В ходе съемок, которые длились пять лет, Ирина Ал­ферова накапливала опыт, мастерство, глубже и точнее постигала характер своей героини.

Прекрасно, на мой взгляд, зрело, точно сыграны актрисой эпизоды духовного и физического выздоровления Даши после побега из Самары: встреча с Кузьмой Кузьмичем, с Телегиным, выздоровление после тифа.

Алексей Толстой, определяя тему своего романа, писал, что это «хождение совести автора по стра­даниям, надеждам, восторгам, падениям, унынию, взлетам...». И не только авторской совести, но и совести всех основных героев романа и фильма. Даша тоже полной чашей испила страданий, на­дежд, взлетов и падений. Натура цельная, гордая, самолюбивая, она, в отличие от своей мягкой, плы­вущей по течению сестры, должна была сама все испытать, все пережить, чтобы найти единственно верный путь в той, всколыхнувшейся революцией, России. И она нашла этот путь, потому что ее искренняя, честная, истинно русская душа жаждала правды, а правда была на стороне революционного народа.

Зрители безоговорочно приняли Дашу Ирины Алферовой, об этом свидетельствовали внушительная почта журнала «Советский экран» и письма, приходящие актрисе домой по сей день, со словами искренней благодарности. Есть в почте «пронзительные» письма от людей, оступившихся в жизни, а теперь расплачивающихся за содеянное. И вот именно Даша помогла им поверить в себя, в возможность новой жизни, дала им надежду на счастье...

Бесспорно, образ Даши (при всей его психологи­ческой достоверности) - образ идеальной героини, и именно так он был задуман режиссером и сыгран актрисой. А зрители, в свою очередь, нашли в Даше идеал для подражания, в чем и состоит назначение искусства, а кинематографа - в особенности. К со­жалению, такую счастливую способность актрисы не заметили те, от кого целиком и полностью зависит актерская судьба, - сценаристы и режиссеры. Ведь далеко не каждый, даже талантливый актер, мо­жет сыграть идеального героя, оставаясь при этом естественным и убедительным. Алферова это умеет. Ее актерская сущность и редкие внешние данные создают в нашем воображении облик ро­мантической героини.

Абсолютная женственность, удивительная фото­геничность, даже некоторая статуарность актрисы и своеобразная изолированность от других героев (Алферова как бы сама по себе) - все эти качества становятся достоинством и необходимостью, когда актерский материал совпадает с темой и поэтикой литературного образа. Так произошло с ролью Даши, но, к сожалению, в дальнейшем таких совпадений было не много, да и драматургия была другого уровня.

Все те качества актерской индивидуальности Алферовой, о которых говорилось выше, разрушают житейское правдоподобие безликой драматургической ситуации. Именно так случилось в картине «С любимыми не расставайтесь».

Образ Кати в этом фильме, как и пьеса Володина, по которой он поставлен, полностью погружен в психологически-бытовые обстоятельства (что вооб­ще характерно для драматургии Володина). Ежеминутные, каждодневные подробности нашего су­ществования скрупулезно исследуются драматур­гом, и через них он пытается говорить о непрехо­дящей ценности жизни. А как раз такое подробное, внешне ничем не примечательное существование и не умеет играть Алферова. Ее Катя своей значительностью сразу же выбивается из привычно-житейской ситуации. От нее с первых же кадров ждешь поступка, ждешь чего-то неординарного, поэтому финальный эмоциональный взрыв (сыгранный актрисой с поистине непривычным для нее темпераментом) представляется закономерным для такой Кати. К сожалению, режиссура фильма не дала возможности создать актрисе запоминающийся, интересный характер.

Более удачными, на мой взгляд, стали две другие работы Алферовой в фильмах «Незваный друг» и «Мужество». Роль Киры в «Незваном друге» была написана специально для Алферовой, и это обстоятельство во многом обеспечило успех актрисы.

Кира - красивая женщина, человек крупный, значительный, она, как говорят, женщина «с биографией»: не такая, как все, в ней есть тайна, та особен­ность, которая сразу выделяет ее среди окружаю­щих. И в ее красоте, и в отрешенном, безразлич­ном взгляде - во всем ее облике есть что-то не­уловимое, какая-то загадка, которая сразу же при­тягивает зрительское внимание. Ее хочется понять. Почему эта красивая, необычная женщина так груст­на и молчалива, почему на попытки героя прибли­зиться к ней отвечает резко и жестко, не оставляя ему никаких надежд? Актрисе удалось сыграть и постепенное, трудное «оттаивание» своей героини, ее возникающее чувство, и ее страх перед этим чувством, боязнь поверить и ошибиться.

Неординарна и ее героиня в многосерийном телефильме «Мужество» (по роману В. Кетлинской) - архитектор Клара. Но здесь Алферовой удалось создать уже другой характер. Фильм рассказывает о строительстве комсомольцами 30-х годов «города на заре», славного Комсомольска. И здесь героиня Алферовой не такая, «как все», отличная от других не только своей неотразимой внешностью и душевными качествами, но и соци­альным положением. Она, как говорили в те годы, «непролетарского происхождения», она из буржу­азной среды. Вот и родители уехали за границу, не приняв, по всей видимости, революции. Клара человек честный, искренний, решительный, глубоко порядочный. В то же время она сдержанна, не лю­бит и не умеет делиться с окружающими своими бедами и переживаниями. В ней тоже есть своя загадка, тоже возникает ощущение скрытой, не ви­димой зрителю внутренней жизни, которая обяза­тельно должна в какой-нибудь момент проявить себя. Все эти качества, как мне кажется, возникают не столько от драматургических возможностей образов, сколько от человеческой сущности самой актрисы. Я хорошо знаю Ирину. Она и в жизни про­изводит впечатление несколько замкнутой, чело­века, не сразу раскрывающегося в своих проявле­ниях. В ее несколько отстраненном взоре есть какое-то детское удивление и вместе с тем тайна женской души. Словом, в ней есть та притягатель­ная сила, которая свойственна натурам духовным.

Алферова рассказывала, что, приступая к съемкам в «Мужестве», ей хотелось, чтобы Клара была некрасивой, в очках, почти дурнушкой. Понятно стремление актрисы к внешней выразительности, характерности, но в данном случае ее желание мне кажется необоснованным. Правда, Алферова все-таки осуществила попытку сыграть дурнушку в картине «Предчувствие любви», но, по-моему, это было совсем неубедительно и иначе не могло быть. Фильм без успеха прошел по экранам, несмотря на игру такого популярного в нашем кино дуэта, как А. Абдулов и И. Алферова. И как бы ни старался режиссер сделать из Алферовой нелепую, обреченную на неуспех простушку, ему это не удалось. Ни очки, ни скованные движения актрисы не смогли скрыть грации и привлекательности, заложенной в ней от природы.

Сколько раз Алферовой доводилось слышать по­сле очередной кинопробы: «Красива, слишком кра­сива, это нетипично и вообще не нужно». Или предлагают роли женщины-вамп», этакой роковой со­блазнительницы. Но Алферовой это амплуа совер­шенно не свойственно ни актерски, ни человечески. Актриса любит, умеет и хочет играть абсолютную женственность. «Не знаю, хорошо это или плохо, но не хочу менять амплуа, не хочу играть отрицательных героинь, я не наигралась еще положительных, не высказалась до конца...»

В творческой биографии Алферовой есть не­сколько сказочных персонажей. Она снималась в фильмах-сказках «Осенние колокола», «Василий Буслаев» и в сказке венгерских кинематографистов «Волшебник Лала». И везде ее героини были олицетворением верности, чистоты, красоты женской души. Поиски этой вечной гармонии, стремление к идеалу и привлекают зрителей в актерском образе Ирины Алферовой.

Воплощением такого идеала стала и Ольга Винтер из многосерийного телефильма «ТАСС уполномо­чен заявить...». В пределах очень скромного дра­матургического материала актриса попыталась при­дать своему постоянному мотиву современные ритмы и современную раскованность, оставаясь при этом женственной и прекрасной.

Зрительская вера в идеально прекрасный женский образ налагает на молодую актрису огромную ответственность. Алферова понимает это и очень придирчиво относится к своей работе. Я давно знаю эту актрису не только по экрану и не могу не сказать о том, как любит она свою нелегкую профессию, сколько жертв приносит на алтарь сей требовательной музы, какие муки и сомнения претерпевает, как постоянно недовольна собой, как далека от самоуспокоенности и самолюбования.

Ирина - удивительно творческий человек, хотя, казалось бы, это естественное качество ее про­фессии. Но, увы, для некоторых актеров оно таковым совсем не является, поэтому мне кажется, что это свойство души, а не профессии, и ей оно присуще в высшей степени.

Алферова очень требовательна в работе и самокритична в оценках своего труда, и не ее вина, что удачи и победы не столь часты в ее биографии. Я знаю, сколько сценариев отклонено ею, сколько не сыграно ролей. Но ждать желаемого материала тоже опасно: забывает зритель, забывают режис­серы. А Ирина, самозабвенно любя свою профес­сию, просто не может не работать. На съемках она старается в любых рискованных ситуациях обходиться собственными силами - она неплохая наездница, умеет водить машину, играет в теннис и очень хорошо танцует. Жаль, что ее умение пре­красно двигаться, танцевать, ее природная грациоз­ность пока никак не освоены кинематографом. Мне кажется, она могла бы быть незаменима в музыкальном фильме.

 

А кроме профессиональных обязанностей, у Ирины есть еще и семейные заботы - дом, муж, десятилетняя Ксюша. Эти хлопоты ей не бывают в тя­гость, она нежная, внимательная и заботливая жена и мать, только времени на все катастрофически не хватает. Но, несмотря на суматошную, предельно загруженную делами и работой жизнь, Ирина - радушная и гостеприимная хозяйка, она любит друзей и принимает их щедро, искренне, от души. Эта ее доброжелательность, душевная щедрость, любовь и интерес к людям возвращаются к ней сторицей - признанием зрителей, теплом знако­мых и незнакомых людей. И хочется, чтобы гармо­ния, которая свойственна ее героиням, сопутство­вала и ей самой - всегда, везде и во всем.

Судьба Ирины Алферовой заставляет снова вер­нуться к «звездной теме». Да, мы не признаем систему «звезд», существующую на Западе. Но как все-таки жаль, что у нас нет «звезд» в нашем пони­мании, в соответствии с нашим мироощущением, для которых бы специально писались сценарии, делались фильмы.

Кинозвезда - это кумир, идеал, которому зри­тель стремится подражать, у которого он хочет учиться, И как прекрасно, когда таким идеалом становится Ирина Алферова и ее героини, олице­творяющие добро, женственность, красоту, вер­ность. И если столь очевидна зрительская потреб­ность в таком женском типе, значит, нужно куль­тивировать, развивать, создавать его разумно, бережно, внимательно. И, наверное, надо чаще обра­щаться к нашим собственным кинематографическим традициям. Прошло столько лет, а современный зритель помнит, знает и любит Любовь Орлову, Валентину Серову, Тамару Макарову, Лидию Смир­нову — все они были настоящими «звездами» нашего советского кино.

Да, кумиры меняются, но зрительская потреб­ность в них остается. И хочется верить, что ны­нешний зритель так же, как раньше ходил «на Лю­бовь Орлову», пойдет в кино «на Ирину Алферову», но в этом нам должны помочь кинодраматурги и режиссеры. Будем ждать...

                                                                                 

ЕЕвгения Павловна Бартенева

ИРИНА

АЛФЕРОВА

© Всесоюзное бюро пропаганды киноискусства. 1985